События

Итоги антарктического этапа кругосветной экспедиции на парусной яхте «Елизавета»

Предлагаем вашему вниманию обсуждение итогов антарктического этапа кругосветной экспедиции на парусной яхте «Елизавета» в 2020 году с участием ГУМРФ имени адмирала С.О. Макарова. В дискуссии приняли участие проректор по конвенционной подготовке и обеспечению плавательной практикой Александр Горобцов, главный специалист Европейского центра организации учебных практик морского и речного транспорта Сергей Савельев, курсант факультета Навигации и связи Института «Морская академия» Даниил Некрут, курсант судоводительского отделения Колледжа ГУМРФ Тимофей Полозняк.

А. Горобцов: В 2020 году мировое сообщество отмечает 200-летие открытия Антарктиды. ФГБОУ ВО «ГУМРФ имени адмирала С.О. Макарова» (далее – ГУМРФ, примечание редакции) не мог остаться в стороне от мероприятий, проводимых в рамках празднования этого знакового события. Совместно с капитаном и судовладельцем яхты «Елизавета», выпускником ЛВИМУ имени адмирала С.О. Макарова (ныне – ГУМРФ) Алексеем Логиновым сотрудники и курсанты университета совершили переход из города Ушуайя, расположенного на юге Аргентины, до станции Беллинсгаузен, расположенной на острове Кинг-Джордж, и обратно. По приказу ректора университета Сергея Барышникова Европейский центр организации учебных практик (далее – ЕЦОУП) совместно с другими подразделениями университета занимался подготовкой и непосредственным участием в этой экспедиции. Я очень горд, что сотрудники, выпускники и курсанты нашего университета повторили путь Фаддея Беллинсгаузена и Михаила Лазарева, открывших ледяной континент 28 января 1820 года.

С. Савельев: Курсанты Даниил Некрут и Тимофей Полозняк оказались в составе антарктического этапа экспедиции неслучайно. Они оба занимаются яхтенным спортом. Даниил Некрут – кандидат в мастера спорта по парусному спорту, Тимофей Полозняк практически всю сознательную жизнь занимается яхтенным спортом. Когда руководством университета была поставлена задача подобрать кандидатов в состав экспедиции из числа курсантов, ключевым фактором подбора стало наличие опыта дальних походов, а также четкое представление кандидатов о том, куда, зачем они собираются пойти и как приобретенный опыт может им пригодиться в будущем в своей профессиональной деятельности.

Д. Некрут: мне позвонил капитан-наставник учебной флотилии спортивных парусных судов ГУМРФ Алексей Чегуров в начале ноября 2019 года, напрямую спросив: «Даниил, хочешь пойти на яхте в Антарктиду?». Поначалу я не смог дать однозначный ответ, ссылаясь на загруженность в учебе. Однако спустя некоторое время перезвонил Алексею Юрьевичу и сказал, что готов ради такого события ненадолго прервать учебу, также надеясь, что университет меня в этом поддержит. И могу сказать, что я ни разу не пожалел, что согласился на это приключение – было безумно интересно, очень полезно для меня в качестве практики по управлению судном, навигации и другим предметам, которые изучаю в университете. Я благодарен судьбе и моим учителям, что мне выпала такая возможность.

Т. Полозняк: о планирующейся в Антарктиду экспедиции я узнал несколько раньше – в начале сентября 2019 во время дальних походов на яхте «Полюс» от ее капитана Сергея Савельева. С тех пор я об этом не переставал думать, старался принимать участие в других общественных мероприятиях, чтобы проявить себя и попасть в список кандидатов со стороны обучающихся. В итоге так и получилось.

С. Савельев: первоначально у меня было представление, что в тех краях может быть сильный ветер, прохладно, вероятность шторма. Я был уверен, что это будет временное явление. А в реальности все оказалось гораздо сложнее: штормовой ветер дул практически все время нашей экспедиции, температура была 5-8 градусов. Сочетание такой погоды и влажности делало условия нашего путешествия фактически экстремальными.

Д. Некрут: я понял, что это точно не будет вечерняя прогулка на яхте где-то в теплых краях. Все-таки Антарктида – это южная оконечность нашей планеты. А мыс Горн и пролив Дрейка, через которые лежал маршрут нашего перехода от Южной Америки до Антарктиды, – это самые опасные места на Земле для судоходства. Мы прекрасно понимали, что будет холодно, мокро, будет качать, неудобно спать.

Т. Полозняк: у меня было полное понимание, что мы идем не в какие-то жаркие страны и теплые края. Я понимал, что это будут суровые края. Но также знал, что у нас будет надежная яхта и надежный экипаж, на которых я смогу рассчитывать, а члены экипажа могут рассчитывать на меня.

Д. Некрут: я считаю, что приобретенные нами знания и практический опыт в ходе учебы в университете нас не подвели и помогли нам чувствовать себя уверенно, когда мы оказались на борту яхты «Елизавета». Не было места для паники, когда мы оказались в проливе Дрейка. Мы чувствовали себя спокойно, уверенно и справлялись со всеми поставленными задачами.

С. Савельев: приведу мнение капитана и судовладельца «Елизаветы» Алексея Логинова. Распорядок на яхте был построен таким образом, что в каждой из вахт был один курсант. Сам капитан вахты не заступал, он осуществлял общее командование и контроль над ситуацией. Первоначально он опасался, как на таком опасном участке маршрута в столь экстремальных условиях поведут себя молодые ребята-курсанты. Но когда он увидел их в деле, как спокойно и профессионально они выполняют свои обязанности, то успокоился.

Д. Некрут: весь экипаж яхты «Елизавета» не первый день был в море – все прекрасно знали судно, действия всех судовых систем. А имеющийся у нас опыт прекрасно помогал нам понимать, как может разворачиваться ситуация и чего ожидать в дальнейшем. Если рвались паруса, мы просто их зашивали, меняли. Нас ни разу не посетила мысль развернуться и пойти обратно – у нас просто была задача, и мы ее выполняли.

С. Савельев: При таких ветрах и нагрузках зачастую парус жил всего 15 минут. Дальше его разрывало на полоски. В Ушуайю мы вернулись всего с одним оставшимся парусом.

Д. Некрут: Да, из двух полных комплектов парусов у нас остался всего один парус в более-менее рабочем состоянии.

С. Савельев: Ввиду конструктивных особенностей яхты «Елизавета», а именно весьма большой длины – порядка 17 метров и небольшой ширины – всего 3,5 метра, для такой яхты нормальный режим движения – это крен 35-45 градусов. Это подразумевает, что по ней вы передвигаетесь фактически по переборкам. Вдобавок яхту еще сильно качает. Никакой паники это не вызвало, экипаж был готов к таким условиям.

Т. Полозняк: считается, что северные льды намного более жесткие, чем южные. Яхта «Елизавета» была построена в Красноярске, и перед тем, как отправиться в Антарктиду, она прошла по Северному морскому пути. Это давало уверенность в том, что во время антарктического этапа техническое состояние яхты не подведет.

С. Савельев: за все время перехода от Южной Америки до Антарктиды и обратно нам дул встречный ветер. Я хочу обратить внимание на то, что наш поход был максимально приближен к условиям похода Беллинсгаузена и Лазарева 200 лет назад. Ситуация была схожая – сильный ветер, холод, сырость и шторм. Эта экспедиция еще раз подтвердила, что люди и суда – это щепки в Мировом океане, и он, если хочет – пропускает нас, не хочет – не пропускает. Это очень экстремальное место на Земле. И очень важно, что наши курсанты это поняли; «корабли деревянные – люди железные» – только квалификация и сплоченность экипажа позволили русским морякам 200 лет назад и нам сегодня пройти этот путь.

Т. Полозняк: история российского флота практически целиком состоит из подвигов моряков, и открытие Антарктиды – это одна из наиболее значимых страниц этой истории.

Д. Некрут: после этой экспедиции я по-другому взглянул на открытие Антарктиды. Читать об это в учебниках и интернете – это одно, а самому принять участие в аналогичном путешествии и прочувствовать на себе все суровые условия – это совершенно другое. Ты понимаешь, что моряки-первооткрыватели – настоящие герои. И это не просто слова.

Я прекрасно помню, что было, мягко говоря, несладко. Ты постоянно мокрый, холодный, сходишь с вахты, спускаешься вниз и ложишься в сырой спальный мешок, постоянно заливает вода. Но нисколько не жалею об участии в этом путешествии: приобрел морской характер и дальше буду направлять свою жизнь в морское дело - независимо от вида судов. Самое яркое воспоминание – это когда мы пришли на остров Кинг-Джордж, у нас было время для прогулки по земле. Подойдя к берегу бухты, выходящей на пролив Дрейка, и увидев гладь океана и горы этого острова, вдруг осознал, что я смог это сделать – пройти этот путь, превозмочь себя и оказаться здесь. И я собой горжусь и уверен в себе как в моряке.

Т. Полозняк: я считаю, что нам выпала возможность, которая бывает один раз в жизни. И это понимание дало мне как много эмоций, так и знакомство с большим количеством интересных людей. Также это дало мне толчок к развитию моего дальнейшего профессионального движения. Я планирую в дальнейшем работать на судах Арктического и антарктического научно-исследовательского института и возможно однажды снова попасть в те края.

С. Савельев: из всех экспедиций, которые сейчас были направлены в Антарктиду, нашу можно назвать успешной – мы благополучно дошли и туда, и обратно. Также из положительных моментов хочу отметить прием нашей экспедиции на станции Беллинсгаузен. Выяснилось, что многие сотрудники станции, включая самого начальника – выпускники нашей Макаровки. Это произвело очень сильное эмоциональное впечатление на всех участников экспедиции, среди которых было немало макаровцев. Мы лишний раз подтвердили высокий уровень и значимость нашего вуза – ГУМРФ имени адмирала С.О. Макарова.

Видеоролик.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.